Удар в голову - Рита Буллвинкел
•
Рейчел Дорико разминает ноги в углу, и Кейт Хеффер, военный трофей, поглощенный Рейчел, разминается вместе с ней. Знаки числа “пи” после запятой подпрыгивают на месте. Звук такой, словно кто-то позвякивает кошельком с монетами.
•
Артемис Виктор будет победительницей на многих жизненных поприщах. Ее водная безжалостность останется с ней навсегда. Когда дом, за которым она присматривала, разбух из-за прорыва трубы, она не испытала ужаса. Это не мой дом, подумала Артемис Виктор, и кроме того, она знала, что ущерб нанесен не по ее вине, а по вине нерадивых владельцев. Тем не менее есть и такие люди, как Рейчел Дорико, которых, когда они входят в разбухший от воды дом, охватывает ужас. Ужас рождается из-за того, что ты и вправду можешь быть виновен в катастрофе. Есть люди, которые, даже наблюдая за бедствиями со стороны, чувствуют себя причастными к происходящему. У таких людей, склонных к самообвинению, гораздо меньше шансов стать победителями, но у них более развит эмоциональный интеллект, и они с большей вероятностью заметят детали, которые другие упускают. У Рейчел Дорико, в отличие от Артемис Виктор, свой уникальный почерк. Рейчел не стремится к идеалу. Изъяны в технике Рейчел продуманы специально, как дыры в модных рваных джинсах. В этом матче для ярости воды не хватит времени. Поэтому Рейчел Дорико успевает ударить Артемис Виктор в голову. Рейчел проводит серию из шести ударов, и раунд заканчивается. Несмотря на то что Артемис Виктор будет победительницей по жизни, здесь, в Рино, в матче второго тура, в полуфинале, Рейчел Дорико ее обошла. Когда звенит гонг, возвещающий об официальном окончании поединка, Артемис Виктор – лужа воды с покрасневшими глазами.
•
Рейчел Дорико расправляет плечи, рефери поднимает ее руку в перчатке над головой, и она слышит, как бабушка ей аплодирует. Тренеры Рейчел Дорико и Артемис Виктор уже отошли в сторону о чем-то поговорить. Артемис Виктор не подходит к Рейчел Дорико, а Рейчел Дорико не подходит к Артемис Виктор. Если Артемис хочет проиграть именно так, думает Рейчел, что ж, пожалуйста. В ее груди разливается тепло. В дальнейшем Рейчел будет очень редко чувствовать такое тепло. Оно почти как любовь, но в нем больше уверенности и меньше отчаянной тревоги. Именно это чувство она испытает, когда много десятилетий спустя ее жена с улыбкой спросит, почему ей вечно надо выпендриваться с этими дурацкими шапками. Но здесь, в Рино, Рейчел Дорико может выпендриваться сколько захочет. Бокс именно этого и требует. Отдирая зубами скотч с перчаток, она чувствует, как ее обжигают взгляды девушек, которые соревнуются в следующем матче. Кто бы ни выиграл, он должен быть готов встретиться с ней.
•
Артемис Виктор – опухшую от ударов, совсем раздавленную – выволакивают с ринга заботливые родители. Артемис не может поверить, что вот этими самыми руками так и не смогла одолеть Рейчел. Она столько времени тренировалась перед собственным отражением. В спортзале, где занимались Артемис и ее сестры, одна стена была полностью зеркальной, так что, боксируя на ринге или колотя по одной из груш, можно было краем глаза видеть свое отражение. Артемис Виктор знает, как позорно выглядит ее проигрыш, и это невыносимо. Родители просят ее успокоиться и остаться на следующий матч, но она не может. Она выходит из Дворца бокса Боба и забирается в семейный автомобиль. Садится на пассажирское сиденье, опускает солнцезащитный козырек. На козырьке есть маленькое зеркальце. В зеркальце Артемис Виктор видит свой размазанный макияж и раздувшуюся щеку, а за щекой вдали темнеет городской пейзаж Рино. Как и казино на Рино-Стрип, Кубок дочерей Америки не оправдает многих возложенных на него надежд.
Игги Лэнг против Роуз Мюллер
Небоскреб Фаунтин-плейс – любимое здание Роуз Мюллер в Далласе. Он окружен ста семьюдесятью двумя фонтанами. На круглых островках земли между фонтанами высажены деревья, образующие нечто вроде архипелага – на каждом островке по дереву. По вечерам фонтаны подсвечиваются огнями и танцуют. Как-то раз, когда Роуз Мюллер было шесть, отец после захода солнца повел ее посмотреть на фонтаны. Глядя на подводную иллюминацию, она представляла, что умеет дышать не только воздухом. Одной рукой она держала руку отца, а другой болтала в воде. Под водой были листья, монетки и почему-то песок. Откуда сюда занесло песок? И как воде удавалось оставаться такой прозрачной и голубой даже в темноте?
•
Когда Роуз Мюллер опустила руку в фонтан, ей показалось, что она погрузила пальцы в космический портал и несется сквозь миры, пока ее маленькое, присевшее на корточки тело остается в центре Далласа. Над ее головой возвышались зеркальные стены небоскреба Фаунтин-плейс. Позже она узнала, что, когда здание только строилось, архитекторы задумывали к нему парную башню, но потом цены на нефть рухнули, и второй участок, предназначенный для башни-близнеца, остался свободным. Все детство Роуз Мюллер гадала, был бы недостроенный близнец настоящим близнецом этого небоскреба или же просто его архитектурным братом: те же изначальные идеи, но перетасованные и перелицованные, чтобы придать им свежести. Незадолго до того, как поехать с Роуз Мюллер в Рино, как-то после мессы ее отец сказал, что сейчас заключаются контракты на строительство здания-близнеца Фаунтин-плейс. Несколько десятилетий спустя вдруг появились деньги. По дороге в Рино, пока Роуз обдумывала возможные исходы Кубка дочерей Америки, в голове у нее крутилось еще не построенное здание-близнец Фаунтин-плейс. И вот теперь, на ринге во Дворце бокса Боба, вся напружинившись, стоя лицом к лицу с Игги Лэнг, как с заклятым врагом, Роуз Мюллер чувствует себя так, словно смотрит на сестру. Да, Игги Лэнг отличается от нее багровой губой, но и у Роуз, и у Игги мускулы хорошо натренированных собак. У них стройные крепкие ноги. Их руки выглядят так, что, если их разрезать, можно будет увидеть идеальную схему сухожилий. Начинается первый раунд, и правый кулак Игги Лэнг встречается с левым плечом Роуз Мюллер. Игги выше ростом, но она приседает во время боя, предпочитая низкую стойку.
•
Роуз Мюллер
