Осторожно – подростки! Инструкция по применению - Маша Трауб
Нику вдруг как прорвало. Она говорила и говорила. Про Аньку, младшую сестру, которая спит в электричке и на первых уроках, поэтому получает двойки. А на самом деле она все знает и очень умная. Про бабушку, которая каждый день ей звонит и спрашивает, когда Ника зайдет повидаться. Просит привести Аньку – бабушка уже год ее не видела. Но мама против, а папа не вмешивается.
После нас Ника поехала к другой подружке. Потом домой на электричке, таща на себе рюкзак и велосипед. Уехала из дома она часов в десять утра, даже не позавтракав, домой вернулась уже ближе к одиннадцати. Почему я не разрешаю такого своей дочери? Потому что я была как Ника. Могла уйти, когда захочется, и прийти, когда вздумается. Никто бы не стал беспокоиться. Вообще не заметил бы моего ухода и прихода.
– Я бы хотела уехать куда-нибудь в другой город. Поступить в институт, но Герду без меня усыпят. И Марсика тоже, он вообще никого, кроме меня, к себе не подпускает. Уже совсем старенький, ничего не видит. Мама давно хочет его усыпить, но я не даю, – призналась Ника.
– Думаю, родители тоже были бы не рады, если бы ты уехала, – заметила я.
– Ага, кто тогда Аньку будет отвозить и привозить в школу и обратно? – пожала плечами подруга дочери.
Я молчала.
– Меня Сима очень напугала, – призналась Ника.
– Когда?
– Зимой. Она плакала в туалете. И говорила, что не хочет жить, – ответила Ника, но тут на кухню вошла Сима.
– Симуль, я чего-то не знаю? – уточнила я.
– Нет, ты все знаешь, – ответила дочь.
– Хорошо. Про то, что мы все умрем, да, я в курсе. Про то, что незачем жить, тоже. Сейчас уже лучше. Сима находится под контролем врача, – заверила я Нику.
– Она же говорила, что не хочет рассказывать о своих чувствах не пойми кому! – воскликнула Ника, забыв, что Сима стоит рядом.
– Она и не рассказывает. Потому что я отвезла ее к психиатру, а не к психологу. Так что там все по делу, – улыбнулась я.
– Круть, – заявила Ника. – Вы правда все знали?
– Конечно, а почему не должна?
– Моя бы мама устроила скандал и к психиатру точно не повезла бы. А папа бы промолчал. Да я бы им ничего не сказала! – ответила Ника.
– Семьи бывают разные, как и представления о врачах. Как и представления об опеке, гиперопеке и так далее.
– Я не знала, что вы знаете, – ахнула Ника. – Если что, я за Симой присматривала. Она ведь пессимист и маленькая. Самая младшая в классе. Я за нее волновалась. А вдруг бы она с собой что-то сделала.
Когда Ника ушла, я спросила у дочери, не нужно ли мне знать что-то еще.
– Нет, просто Ника очень впечатлительная, – отмахнулась совершенно счастливая Сима.
– У тебя были суицидальные мысли? Почему не рассказала о них врачу? – уточнила я.
– Нет, я бы никогда с собой ничего не сделала. Я же нормальный человек, думаю о семье. О тебе и папе, о брате. Вы бы это не пережили. Вы и на пустом месте спорите и ругаетесь.
– Мы не ругаемся, но да, спорим. И мы бы это точно не пережили. Спасибо, что думаешь о нас. И если вдруг у тебя появятся подобные мысли, расскажи об этом врачу. Это лечится.
– Да, мам, я помню. У тебя все лечится, – рассмеялась дочь.
– Не все, конечно, но почти, если вовремя начать. И больше не пугай Нику рыданиями в туалете. Приди домой и порыдай в своем, а не в школьном. Здесь все же приятнее. Я как раз новые диффузоры поставила с запахом ванили.
– Маааам. – Сима все же закатила глаза.
Как отмечать будем?
Если честно, я очень скучала по родительскому чату, ставшему унылым, а не ярким и взрывным, как раньше. Да, тот чат, от которого стонешь, когда дети учатся в младшей школе, затухает классу к девятому. Если переругиваются, то вяло. Обсуждали введение карантина – конечно, не ввели. Коллективное письмо, не помню по какому поводу, так и не написали. Но тут возник вопрос о проведении выпускного после девятого класса. И чат вспыхнул, как раньше. Будто и не было этих лет добрососедской тишины и взаимопонимания. Голосовали за картинг, боулинг, шатры на свежем воздухе и за вообще не отмечать. Мамы девочек, кстати, дружно проголосовали за картинг. Мамы мальчиков сообщали, что там были на чьем-то дне рождения, и это невыносимо – дышать нечем, еда ужасная и так далее. Одна мама прислала фотографии с подписью: вот здесь мы отмечали годовщину свадьбы, прекрасное место. Да, несомненно. Но не все родители готовы гулять выпускной после девятого класса как свадьбу. Да и из класса никто не уходил, все переходили в десятый. Призыв «Отвергая, предлагай» потонул в потоке воспоминаний других мам, где и как они отмечали годовщины, юбилеи и так далее. За пункт «вообще не отмечать» никто не проголосовал, но исключительно чтобы не выбиваться из коллектива. Ну конечно, никому не хочется быть той самой мамой, которая лишила ребенка выпускного!
Но мне не привыкать. Учитывая анамнез класса, я точно знала, что никто ничего отмечать не будет, поэтому сразу проголосовала против. Спасибо, что меня не исключили из родительского чата, как было после четвертого. Тогда детям решили устроить выпускной в клубе байкеров. Я ничего не имела против байкеров, но понимала, что ревущие моторы, взрывающиеся факелы-фейерверки, дискотека до утра не очень подойдут моей дочери, которая не любит толпу и громкую музыку. Да и мотоциклы ее скорее испугают, чем впечатлят. Впрочем, я тоже не очень люблю массовые мероприятия, на которых приходится кого-то перекрикивать. Симе я показала высланную презентацию и видела застывший ужас в ее глазах.
– Мам, я должна туда идти? – Кажется, Сима заранее прощалась с жизнью.
– Нет, я уже написала, что мы не будем участвовать.
– Спасибо тебе большое. – Дочь и вправду была мне
