Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова

— Я тоже, — ответил он. — Ты всё время была в бегах или в клетке. Я — в чужих приказах и старых долгах. А теперь… тишина. Настоящая. И она пугает меня больше, чем любой враг.

— Только не сглазь, дурак, — прошептала я.

В тот же миг у подножия лестницы взвился столб алого пламени.

Когда огонь рассеялся — стоял Владыка Каел в полном боевом облачении. Рядом — Илена и… Малахар. Огромный чёрный волк пригнулся, шерсть дыбом, зубы оскалены.

Я и Самир вскочили одновременно.

Но Каел поднял руку.

— Владыка Каел заверяет вас, что пришёл без враждебности, — мягко перевела Илена.

Малахар рычал так, что земля дрожала.

Каел посмотрел на него, потом… просто шлёпнул волка по загривку, как большого упрямого пса, и указал вперёд.

Малахар выдохнул так, будто у него вырвали клык.

Потом шагнул к лестнице, остановился в трёх метрах от меня и поднял горящие зелёные глаза.

— Прости, что напал на тебя. Прости за слова.

Самир за моей спиной заржал в голос. Я ткнула его локтём — он послушно замолчал, но всё равно трясся от смеха.

— Ты проиграл пари? — спросила я, стараясь звучать вежливо.

Малахар скрипнул зубами.

— Да.

Я спустилась к нему на две ступени ниже. Горыныч тут же перелетел мне на плечо, готовый в случае чего вцепиться в волчью морду.

— Тогда это не считается, пёс.

— Считается, — выдавил он сквозь силу. — Мне правда жаль. Я не хотел это говорить вслух, но… не твоя вина, что Влад мёртв. Это он, — Малахар бросил яростный взгляд на Самира. — А не ты. Даже если вы… — он буквально подавился словом, — …влюблённые.

Я подошла ещё ближе. Так близко, что чувствовала жар его тела и запах леса и крови.

— Я бы на твоём месте тоже бесновалась. Пять тысяч лет, Малахар. А мне двадцать восемь. Я младенец. Я не понимаю и тысячной доли того, что ты пережил. Но я не стану извиняться за то, что люблю его. И не хочу, чтобы ты рычал на меня каждый раз, когда я войду в комнату.

Волк долго смотрел на меня. Потом медленно, очень медленно опустил голову.

— Ты дерёшься сама. Я уважаю это. Признаю тебя королевой. Пока ты не дашь мне личного повода — я не трону.

Я рассмеялась — легко, искренне.

— А я прощаю тебе нападение и все угрозы меня «покалечить». Идёт?

— Идёт, — буркнул он и отвернулся.

Перед уходом он бросил взгляд на Каела:

— Доволен?

Великан в красных доспехах молча кивнул.

Малахар исчез в вихре чёрного дыма.

Каел развернулся следом.

— Подожди, — окликнула я.

Он остановился.

Я подошла и протянула руку.

— Спасибо.

Он посмотрел на мою ладонь так. Потом осторожно, очень осторожно — сжал её своей огромной руковицей и пожал.

— Владыка Каел говорит — всегда пожалуйста, Королева Глубин, — улыбнулась Илена за него.

Они ушли в алом пламени.

Я стояла, всё ещё ощущая тепло его ладони, когда за спиной раздался горячий шёпот прямо у уха:

— Законченный козёл, значит?

Руки Самира обвили меня сзади, не давая повернуться. Когти вонзились в бёдра — аккуратно, до сладкой боли.

— Ага. Именно такой.

— Хм. Придётся очень сильно постараться, чтобы оправдать такую сомнительную репутацию, — промурлыкал он.

Светлячки вокруг нас вспыхнули ярче, будто одобряли.

Глава 23

Нина

Балтор исполнила свою угрозу.

Дом Судьбы невозможно было остановить, когда он ставил перед собой цель — а целью на этот раз было устроить празднество, какого Нижнемирье не видело полторы тысячи лет. Хвала Вечным, праздник в честь отступления Пустоты, возвращения Сновидицы и пробуждения давно уснувших королей и королев. Всё должно было развернуться с размахом — не только на весь город, но и на весь подземный мир.

Балтор уверяла, что повод более чем подходящий: Нижнемирье впервые за долгие века вновь стало целым. Самир предупредил меня, что гуляния растянутся на целую неделю, и что самые пышные торжества пройдут в столице, на том самом дворе у подножия Святилища Вечных, где когда-то гудел рынок.

Тот самый рынок, с которого я бежала, прежде чем Каел убил меня. И всё же именно там мне подарили мерцающую цепочку-кокон, что я носила теперь постоянно. Трудно описать, насколько двоякими были мои чувства к этому месту.

Я постаралась нарядиться как положено. Все вокруг выглядели так, будто готовились к великому балу. Самир был чертовски хорош в элегантном смокинге в тонкую полоску. На мне было тёмно-бирюзовое пальто с чёрным перьевым узором, под ним — короткое шёлковое платье и чёрные леггинсы. Честно говоря, я чувствовала себя так, словно надела маскарадный костюм. Но на фоне остальных королей и королев выглядела вполне уместно.

Мы собрались в Святилище Вечных — огромном зале готического собора. Я не видела его раньше: высокие белокаменные стены, статуи, уходящие под мрак сводов, и эта строгая, торжественная тишина. Всё в духе Нижнемирья — мрачно, но завораживающе.

Одна из статуй упорно притягивала мой взгляд. Бирюзовая ткань на алтаре перед ней подсказала — это «мой» Вечный, тот, из которого я черпала силу. Долговязое тощее создание с провалами вместо глаз и жестокой изогнутой ухмылкой. Оно было пугающим, но в своём ужасе — ещё и прекрасным.

Я смотрела на него и не могла отделаться от ощущения, что за неподвижным камнем скрывается живое существо, наблюдающее за мной. Оно как будто ухмылялось — этой же самой жестокой, хищной улыбкой.

Все алтари были уставлены свечами, за которыми ухаживали слуги каждого дома. Все — кроме этого. Его свечи стояли пыльные, незажжённые. У этого Вечного была только одна служанка — я. Я усмехнулась и тихо пробормотала:

— Бедный ты сын таксиста… досталась же я тебе.

Я подняла руку, сосредоточилась — и свечи вспыхнули. Не в знак поклонения, нет. Скорее в знак уважения. И капельки жалости.

За плечо меня кто-то мягко тронул. Я обернулась — Сайлас. Он улыбнулся так тихо, что эта улыбка едва коснулась его глаз. Сайлас умел прятать эмоции. В отличие от меня.

— Ты не уверена, что значит для тебя это создание? — спросил он.

— У меня есть собственное божество, — фыркнула я. — И