Храм Крови - Екатерина Алферов

Никто не осмеливался пошевелиться.

Мастер остановился в центре, там, где рунная печать была повреждена сильнее всего. Он присел на корточки, провёл пальцем по разорванной линии. Чёрный коготь собрал пепел и кровь, и он поднёс палец к лицу, обнюхивая. Он слизнул с пальца тёмное пятно.

— Металлическая ци, — произнёс он тихо. — Очень сильная. Пятая звезда, возможно, на грани шестой. Восхитительный аромат…

Он поднялся на ноги, стряхивая пепел.

— Чжу Янь.

Помощник вздрогнул:

— Да, Мастер?

— Докладывай!

Чжу Янь развернул свиток, хотя было ясно, что он знает содержимое наизусть. Свиток был просто для того, чтобы занять дрожащие руки.

— Мерзость-хранитель уничтожена. Жаровни разбиты, их содержимое утрачено. Центральная печать повреждена на тридцать процентов. Восточный и западный узлы — на пятнадцать и двадцать процентов соответственно. Часть ритуальных предметов разрушена. Список прилагается…

— Сколько времени на восстановление? — перебил его Сюэ Гу.

Чжу Янь замялся:

— При условии мобилизации всех сил… четыре дня. Может, пять.

— У нас нет пяти дней, — сказал Сюэ Гу ровно. — Полная луна восходит сегодня. Следующая будет только через месяц, а я не могу столько ждать.

— Мастер, я…

— Тихо.

Чжу Янь замолчал.

Сюэ Гу медленно прошёлся по залу, обходя опрокинутые жаровни, обходя разбросанные кости. Его взгляд скользил по повреждениям, оценивая, просчитывая.

В храме есть ещё один алтарь.

Он повернулся к Чжу Яню:

— Наверху, во дворе, алтарь для жертвоприношений.

Помощник поднял голову:

— Мастер?

— Он не разрушен?

— Он цел, Мастер. Последнее жертвоприношение было неделю назад…

— Значит, он напоён кровью, — Сюэ Гу кивнул сам себе. — Годы регулярных жертвоприношений пропитали камень силой. Подойдёт.

Он повернулся к залу, окидывая взглядом всех собравшихся:

— Переносим ритуал наверх.

Повисла тишина.

Сектанты переглянулись, не веря своим ушам.

— Но… Мастер… — начал было один из них.

Сюэ Гу посмотрел на него.

Просто посмотрел.

Сектант захлопнул рот и отступил на шаг, побледнев.

— Переносим ритуал наверх, — повторил мастер всё тем же спокойным тоном. — Алтарь во дворе достаточно напитан кровью. Мы используем его как центральный узел. Жаровни расставим по периметру двора.

Чжу Янь сглотнул:

— Мастер, но… печать… мы не успеем начертить новую…

— Успеете, — сказал Сюэ Гу. — Потому что вы будете работать без перерыва, без сна и отдыха. Каждый в этой крепости будет работать, пока не упадёт от истощения. А если кто-то упадёт раньше, чем работа будет закончена… — он сделал паузу, позволяя словам повиснуть в воздухе, — … то его место займёт другой, а он сам станет материалом для пилюль.

От его слов веяло такой силой, что все в зале вдруг почувствовали леденящий, пробирающий до костей холод.

«Вот оно, — подумал Чжу Янь, и его руки под капюшоном сжались в кулаки. Вот оно: настоящее лицо Бедствия. Когда Мастер кричит и угрожает — это нормально. Это можно пережить. Но когда он спокоен… Вот тогда нужно бояться по-настоящему».

— К вечеру, — продолжил Сюэ Гу, — к восходу полной луны, всё должно быть готово.

Глава 16

Охота в Храме Крови, часть 1

Луна всходила над горами.

Я притаился на восточном склоне, прижавшись к холодному камню, и наблюдал за двором храма внизу. Вечерний воздух был ледяным, но я почти не чувствовал холода. Моя ци согревала меня изнутри, пульсируя в такт сердцебиению.

Огромная и безупречно круглая, медленно поднималась полная луна. Я видел, как её серебристый свет касается горных вершин, как проливается по склонам, приближаясь к храму, и вот он коснулся первых зданий.

Свет прошёл сквозь искажённую ауру, что окутывала весь храмовый комплекс. Эта аура была похожа на грязную пелену, сотканную из печатей и скверны, из крови и страданий. Она висела над храмом, как зловещее облако.

Лунный свет, проходя сквозь неё, изменился: из чистого и серебристого он стал кроваво-красным. Багровое сияние залило двор, окрашивая серый камень в цвет запёкшейся крови. Тени стали глубже, будто сама тьма сгущалась и готовилась поглотить всё живое.

Лунный свет переломился в этой призме скверны, и вся долина превратилась в кровавое море, залитое алым светом.

Я смотрел на это и чувствовал, как внутри нарастает раздражение.

Во дворе кипела подготовка к ритуалу. Я видел всё с высоты склона. Зрение культиватора позволяло разглядеть детали, которые я бы предпочёл не разглядывать.

В центре двора стоял покрытый тёмными пятнами каменный алтарь со следами бесчисленных жертвоприношений. Вокруг него в строгом порядке расположились пять массивных жаровен из чёрного металла. Они образовывали правильную пятиконечную звезду.

На земле вонючей смесью, в которую точно входила человеческая кровь, была начерчена печать. Она была огромная и сложная, с десятками переплетающихся линий и странных символов. Печать светилась тусклым багровым светом, пульсируя, словно живая. Я не знал всех деталей демонических техник, но даже издалека чувствовал исходящую от этой печати хищную и голодную силу. Чистое зло.

Сектанты сновали по двору, готовя последние детали. Они были одеты в церемониальные одеяния: не обычные чёрно-красные одежды, а расшитые тёмными нитями и украшенные костями мантии. На лицах появились звериные маски хищников. Несколько наглецов посмели натянуть личины тигров.

Я скрипнул зубами. Мните себя кем хотите, но вас это не сделает тем, кем хотите.

Послышались крики, и я перевёл взгляд: из подземелья начали выводить пленников.

Первыми вывели моих товарищей: Чжэнь Вэя, Лин Шу, Ма Цзюня и Чжао Ю. Они шли медленно, с трудом, словно каждый шаг давался им с огромным усилием. Их руки связаны за спиной, а на шеях красовались железные ошейники с цепями. Лица людей были бледные и изнурённые, но они шли сами, значит, они смогли немного восстановиться…

Их поставили в жертвенные круги, начерченные по углам пятиконечной звезды, по одному человеку в каждом.

Чжэнь Вэй попытался сопротивляться. Я видел, как он дёрнулся, пытаясь ударить ближайшего охранника, но тот просто ткнул его копьём в бок. Командир упал на колени. Его схватили за волосы и заставили встать на место в круге.

Потом вывели купцов: Старика Хуана, Чень Бо и Лянь Мэя. Они были в ещё худшем состоянии. Толстяк Лянь Мэй едва держался на ногах, его поддерживали под руки двое сектантов. Чень Бо сильно хромал и плакал, обхватив себя руками за плечи. Старик Хуан шёл с высоко поднятой головой, но я видел, как дрожат его руки.

Их поставили в последний, пятый круг, всех троих вместе.

Я не