Мастер Марионеток строит Империю - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

— Серьёзно. Не ешь.

— Карр…

— И не пугай.

— Каррр?

— И не… — я вздохнул. — Просто веди себя прилично. Это возможно?

Птица наклонила голову. Посмотрела на меня с выражением «Ты серьёзно?».

— Ладно. Не убивай никого.

— Карр!

Это уже звучало как согласие. Я направился к магазину, оставляя Кару наслаждаться вниманием толпы. Судя по карканью за спиной, она наслаждалась вовсю.

Магазин мастера Грифончика оказался… специфическим. Колокольчик над дверью звякнул, когда я вошёл. Запах кожи, масла и чего-то звериного ударил в нос.

Повсюду были сёдла. На стенах, на стойках, на полу… Некоторые даже свисали с потолка!

Сёдла для грифонов: массивные, с высокой спинкой и страховочными ремнями. Сёдла для пегасов: изящные, украшенные серебром. Сёдла для гигантских орлов: минималистичные, почти как подушки с лямками.

И в дальнем углу что-то совсем странное. То ли седло, то ли пыточное устройство, всё в шипах и цепях.

— Для мантикор, — раздался голос откуда-то из глубины магазина. — Не спрашивайте о подробностях.

Из-за прилавка вынырнул хозяин. Это оказался гном, невысокий даже по гномьим меркам, но широкий как бочка. Борода рыжая, заплетённая в три косы. Он потирал огромные руки, мозолистые, явно знакомые с тяжёлой работой.

На кожаном фартуке был вышит грифон. Под глазом красовался шрам, явно оставленный когтем.

— Мастер Грифончик? — уточнил я.

— Он самый, — гном оценивающе оглядел меня. — А вы, стало быть, тот псих на птице, который только что распугал половину улицы?

— Виновен.

— Хорошая птица. Сами делали?

— Сам.

— Уважаю.

Он вышел из-за прилавка, вытирая руки о фартук.

— Значит, седло нужно? Для марионетки?

— Для неё.

— Хм… — Гном задумчиво почесал бороду. — Марионетки… дело тонкое. Стандартные сёдла не подойдут. Спина не та, крепления не те. Нужно что-то особенное.

Он двинулся вдоль рядов, и я последовал за ним.

— Во-о-о-о-от… для механических грифонов, — он указал на седло с металлическим каркасом. — Сто пятьдесят серебряных. Регулируемые крепления, амортизация, встроенный щит от ветра.

Пожалуй, настолько навороченное мне не нужно.

— Что-нибудь попроще?

— Попроще? — Грифончик хмыкнул. — Есть. Вот.

Он снял со стены седло поменьше. Кожаное, без изысков, но добротное.

— Универсальное. Подходит для большинства пернатых. Восемьдесят серебряных.

Я взял его в руки и повертел. Проверил швы, крепления, ремни… Качество, кажется, приличное. Не роскошь, но и не барахло.

— Как оно держится на гладкой спине?

— Присоски, — гном ткнул пальцем в нижнюю часть. — Магические. Прилипают к любой поверхности, хоть к стеклу, хоть к металлу.

— А если птица решит сделать бочку?

— Страховочные ремни. Вот эти, на бёдра. И эти на грудь. Не вывалитесь, даже если она вас вниз головой понесёт.

Арли, сидевшая на моём плече, подала голос:

— Хозяин, а что насчёт места для пассажира? Ну, для меня?

Грифончик уставился на неё.

— Это что за… пикси?

— Я не пикси! Я топ-стримерша! Три миллиона подписчиков!

— Понятия не имею, что это значит, — гном пожал плечами. — Но для мелких пассажиров есть вот такая штука.

Он достал из ящика что-то вроде маленькой корзинки с ремешками.

— Крепится к седлу. Вот тут ремни… Сидишь как в гнезде. Не выпадешь, даже если уснёшь.

Арли просияла.

— Хочу!

— Двадцать серебряных, — невозмутимо сообщил гном. — В комплекте с седлом выйдет сто ровно.

Такое ощущение, что переплачиваю. Но ладно.

— Беру, — решил я.

— Отлично. Но сначала примерка.

Но на улицу мы выйти не успели. Снаружи донёсся крик. Потом ещё один. А за ними последовал натуральный вопль… И всё это сопровождалось громким, возмущённым клёкотом.

Грифончик прижал седло к груди.

— Знаете, — сказал он философски, — обычно примерка проходит спокойнее.

Глава 22

Инспектор Гнус

Мы выскочили на улицу. Я, Грифончик с седлом в руках и Арли, вцепившаяся в мой воротник.

Картина, открывшаяся нашим глазам, была… живописной.

Огромная левитирующая платформа зависла в метре над землёй. Из её корпуса валил густой дым, магические кристаллы управления искрили и плевались фиолетовыми молниями.

В обшивке зияла дыра. Аккуратная и идеально круглая. Как будто кто-то ударил клювом с силой осадного тарана.

Кара стояла на груди какого-то типа в сером мундире. Тип лежал спиной на брусчатке и выглядел так, будто смирился со своей участью.

Но не с работой. Он держал над головой планшет-кристалл и что-то строчил, не глядя.

Острейший стальной коготь Кары упирался ему прямо в кадык. Одно движение и бюрократ превратится в… бывшего бюрократа.

— … попытка скрыться с места эвакуации… — бормотал тип, диктуя себе под нос. — … нанесение точечных повреждений муниципальной технике… угроза жизни при исполнении…

Он боялся не смерти, он боялся не оформить нарушение. Уважаю.

Два тролля-грузчика — здоровенные, в оранжевых жилетах с надписью «ЭВАКУАЦИОННАЯ СЛУЖБА» — жались к стене магазина Грифончика. У одного форма превратилась в живописные лохмотья. Следы когтей шли параллельными полосами, как от граблей.

— Карр! — победно возвестила Кара, заметив меня.

— Веселимся? — я подошёл ближе.

Тип на земле повернул голову — насколько позволял коготь у горла — и уставился на меня глазами-бусинками за круглыми очками.

— Вы владелец данного изделия? — голос был скрипучим, как несмазанная дверь.

— Допустим.

— Старший Исполнительный Инспектор Корнелиус Гнус, Департамент Воздушного Движения и Парковочного Контроля. — Он умудрился представиться с достоинством, лёжа под когтем хищной птицы. — Ваше изделие припарковано на газоне в зоне действия знака «Посадка запрещена». Попытка эвакуации была встречена… — он покосился на Кару, — … неадекватным сопротивлением.

— Карр! — возмутилась птица.

— Адекватным, — поправился инспектор. — С точки зрения изделия. Но неадекватным с точки зрения параграфа семь Кодекса о Воздушном Движении.

— Хозяин! — Арли подлетела к Каре. — Она же защищалась! Эти громилы хотели её погрузить на платформу! Как какую-то… какую-то… повозку!

Кара щёлкнула клювом в знак согласия. Коготь чуть сильнее вдавился в кадык инспектора.

— Гражданин, — Гнус даже не дрогнул, — уберите изделие. Каждая секунда промедления… это плюс пять серебряных к штрафу. Я веду протокол.

— Это не изделие, — сказал я, подходя ближе. — Это питомец.

— Питомец?

— Воробушек. Аргентумский. Редкий вид.

Пауза.

Инспектор медленно повернул голову, разглядывая трёхметровую хищную птицу с металлическими перьями-лезвиями и когтями, способными вскрыть броню.

— Воробушек, — повторил он без выражения.

— Ага. Просто крупный. Хорошо кормлю.

— Гражданин. Эта «птичка» двигается быстрее, чем мой глаз отправляет в мозг кадры. Она вскрыла обшивку эвакуатора класса «Титан» одним ударом клюва. Она обездвижила двух сертифицированных троллей-грузчиков за четыре секунды. — Гнус поправил очки свободной рукой. — Это боевая единица со скрытым оружием. Предъявите соответствующую лицензию.

Грифончик, наблюдавший за сценой с порога магазина, присвистнул.

— Ваш воробушек, — заметил он, — только что сделал то, что не удавалось мне три года. Остановил эвакуаторщиков.

— Это был непредвиденный бонус, — признал я.

— Карр! — Кара явно гордилась собой.

Я оценил ситуацию.