Славяне: происхождение и расселение на территории Беларуси - Эдуард Михайлович Загорульский

5.4. ВТОРЖЕНИЕ ПОМОРСКИХ ПЛЕМЕН

Нет сомнений, что в течение длительного пребывания славян в пределах своей прародины они не раз испытывали сильное воздействие со стороны соседних народов. Можно говорить и о значительных этнических инъекциях иноплеменников. Так, в VI в. до н. э. лужицкая культура подверглась сильному воздействию со стороны поморской, которую, наиболее вероятно, следует связывать с какой-то группой западных балтов. Влияние этой культуры особенно заметно в Повисленье, куда в первую очередь распространились поморцы со стороны Кашубской возвышенности. Некоторые ученые были склонны считать, что миграция этих племен привела к полной замене лужицкой культуры поморской.

Однако высказывались и другие мнения: победа поморцев имела место только в Повисленье. К западу от этого региона влияние поморской культуры ощущается все меньше и меньше. Говорят даже о том, что победители-поморцы в конце концов оказались побежденными лужичанами и в Повисленье.

Рис. 25. Погребальная урна поморской культуры

Puc. 26. Экспансия поморских племен (по Седову): а — могильники культуры подклешовьтх погребений; б — первоначальный регион поморской культуры; в — территория расселения поморских племен; г — ареал лужицкой культуры; д — ясторфская культура; е, ж — гальштат; з — западно-балтские курганы; и — территория восточных балтов; к — милоградская культура; л — скифская культура

Одними археологическими средствами этот спор пока решить не удалось. Результаты этнического смешения поморцев и лужичан было бы желательно проследить на языковом материале. Прямых же лингвистических свидетельств, которые можно было бы связать с этими процессами, тоже пока нет. Однако, если исходить из вывода о раннем появлении славян, то мы должны признать, что поморцы, кем бы они ни были, не могли поглотить славянский этнос и, следовательно, поморская культура не смогла положить конец лужицкой. Если лужичане и уступили поморским племенам территорию поречья Вислы, все равно за пределами поморского влияния они или их прямые потомки сохранили и свой этнос, и свою культуру (рис. 26).

Puc. 27. Вещи поморской культуры

5.5. КУЛЬТУРА ПОДКЛЕШОВЫХ ПОГРЕБЕНИЙ

Сложнее развивались события в восточной части древнего лужицкого ареала, где смешение с поморцами не только имело место, но и было настолько сильным, что привело к образованию новой археологической культуры подклешовых погребений.

Своим названием она обязана особенностям своих погребальных памятников. Остатки трупосожжения помещались в горшок, который ставился в неглубокую яму и перекрывался другим большим сосудом (по-польски клешом), поставленным вверх дном. Отсюда и название самой культуры (рис. 28). Хотя культура очень тесно связана с поморской и, по существу, является результатом миграции части балтского населения на территорию висланских лужичан, есть все основания считать ее новой самостоятельной культурой.

В своей книге «Происхождение и ранняя история славян» В. В. Седов, приняв одну из лингвистических схем, по которой славянский язык сформировался на основе одного из западнобалтских диалектов, сделал попытку найти этой идее археологическое соответствие. Генезис культуры подклешовых погребений, по его мнению, может служить иллюстрацией процесса возникновения славянского этноса. В его представлении славяне стали результатом миксации части западных балтов, носителей поморской культуры, с частью лужицкого населения. При этом самих лужичан он, как и некоторые другие исследователи, связывал с одной из древнеевропейских группировок, этническая принадлежность которой неизвестна. Во всяком случае, они не были ни славянами, ни балтами, ни германцами, а представляли нечто подобное гипотетической балто-славянской общности, оказавшейся промежуточной формой на пути образования славян. Образовавшуюся при слиянии лужицкой и поморской культур культуру подклешовых погребений исследователь назвал первой славянской культурой.

Рис. 28. Вещи культуры подклешовых захоронений

С его выводами трудно согласиться по ряду причин. Исследователь слишком омолодил славян. Невозможно доказать, что подклешовые племена, занимавшие очень малую территорию и, конечно, малочисленные, смогли в одночасье распространиться до Эльбы и породить многочисленные славянские племена, описанные Иорданом. Ни одна из археологических культур средней части Европы не обнаруживает генетической преемственности с культурой подклешовых погребений в такой мере, что позволило бы рассматривать ее в качестве прямой наследницы культуры подклешовых погребений. Никто не смог проследить предполагаемого движения подклешовых племен на запад, а также объяснить, что же привело к такому быстрому преумножению населения подклешовых племен, которое смогло бы заполнить большое пространство между Эльбой и Вислой.

Далеко не в каждом случае смешение носителей разных культур приводило к появлению нового этноса. В данном случае, скорее всего, процесс носил характер ассимиляции, при которой победу одерживал один из этнических компонентов.

В рассматриваемом случае можно допустить победу балтийского этноса. Но не исключена также возможность того, что поморцы могли раствориться в лужицкой среде и воспринять язык лужичан. В первом случае подклешовиков можно было бы рассматривать как одну из балтских группировок. Во втором — отнести их к тому же этносу, к какому принадлежали носители лужицкой культуры. И если последние были славянами, то и «подклешовики», замешанные на балтском субстрате, могли составить одну из славянских групп.

Короче говоря, для того чтобы прийти к более определенному решению, нужна сумма других доказательств, и прежде всего лингвистических. Необходимы данные о языке самих подклешовиков или хотя бы их прямых потомков, а не их компонентов.

Прямыми лингвистическими данными по этому вопросу мы, к сожалению, не располагаем. Однако имеются, по нашему мнению, некоторые косвенные свидетельства балтской принадлежности племен подклешовой культуры, которые мы предлагаем рассмотреть.

Если взглянуть на археологическую карту Европы, то ареал культуры погребений предстает перед нами в виде маленького пятачка, приходящегося на Среднее Повисленье.

Никто другой, как В. В. Седов, прежде чем сформулировать свою новую гипотезу о происхождении всех славян на базе носителей культуры подклешовых погребений, высказал очень остроумную идею об этнической принадлежности генетически, как он утверждал, связанных с ними носителей зарубинецкой культуры. Есть смысл вспомнить о ней, так как обе эти культуры объединяет общая проблема их этноса.

Мысль об участии поморских племен в генезисе зарубинецких разделяется многими археологами. В свое время Ю. В. Кухаренко больше других и определеннее писал о преобладающем участии поморской культуры в формировании зарубинецкой. Не отрицал поморских «реминисценций» в ней и П. Н. Третьяков. О поморском компоненте в зарубинецкой культуре говорил и В. В. Седов. Иными словами, проблема этнической принадлежности и поморцев, и подклешовиков оказалась связанной с историей зарубинецких племен. Зарубинецкая культура на долгое время стала главной темой археологов-славистов. Большинство исследователей видели в ней не только один из ранних эпизодов в истории славян, но и начало их крупного расселения.