Славяне: происхождение и расселение на территории Беларуси - Эдуард Михайлович Загорульский

В таком контексте можно найти объяснение и именам «русов» в известных договорах с Византией. По А. Г. Кузьмину, большинство имен находит аналогии у племен времен Великого переселения народов. «Некоторые могут объясняться лишь топонимикой и этнонимикой подунайских областей, — отмечает исследователь. — У иллирийцев было распространено имя Дир. До сих пор оно сохраняется и у кельтов со значением твердый, крепкий и сильный. Иллирийскими являются имена с корнем бор/бур (Буревой, Борис, Борич, Борислав) — от понятий «муж», «человек». К племенным названиям района Иллирии, возможно, восходят имена Карн, Акун, Тилен. Названия рек и местностей повторяются в именах Истр, Дунай, Стир, Гомол (гора и город в Македонии). К венетоиллирийским именам могут быть также отнесены не вполне ясные по значению Егри, Уто, Кол, Гуды, упомянутые в договорах Игоря».

Вместе с тем среди имен послов и купцов Игоря есть много таких, какие распространены в Прибалтике, в частности, чудских (эстонских).

А. Г. Кузьмин не исключает прямой связи Поднепровья с верхним Подунавьем, откуда могли прийти и имена, «характерные для племен, захваченных великим переселением».

Конечно, в перечне имен русских послов есть и такие, которые отражают неоднородность этнического состава «руси», тех, кто подписал договоры с Византией. Это естественно и может служить лишь доказательством полиэтничности войска русских князей. А это уже особая тема.

Следовательно, вполне можно предположить, что имя Русь славяне принесли с собой в южную Беларусь и украинскую Волынь, которые стали колыбелью восточных славян. Память об этом названии жила среди восточнославянского населения, и этот этноним распространился на всем обширном пространстве Восточной Европы. Поэтому не поляне стали со временем называться «русью», а часть «руси» стала называться полянами, подобно тому как другие получили дополнительные имена древлян, дреговичей, северян и т. д. Так можно представлять себе происхождение термина «русь», которым назовется и восточнославянское государство с центром в Киеве, и народ, населявший его.

При этом у части «руси» еще могли сохраняться и племенные названия, существовавшие до объединения восточных славян в племенной союз «Русь» (например, «дулебы»).

В освоении новых земель громадная роль принадлежала дружине. Неславянское население тех областей, куда проникали отряды русских князей, познакомилось со славянами через них. Изначально Русь была представлена особым, привилегированным слоем русского общества. И потому название «русь» должно было ассоциироваться именно с этим слоем, выделявшим себя среди местного населения. Следовательно, есть все основания предполагать, что именно дружинники были представителями славянской Руси за пределами молодого государства и носителями наименования «русь». Этот термин приобрел не только этническое, но и социальное звучание. Именно в этом смысле, как отмечалось, присутствует название «русь» в сочинениях Константина Багрянородного и арабских авторов.

Термин «русь» долго сохранялся за социальной верхушкой восточных славян и после расселения в новых областях славянских переселенцев-общинников.

Византия тоже познакомилась сначала не с русским пахарем, а со знатным, хорошо вооруженным, богато одетым воином или купцом.

Впрочем, русский воин часто совмещал в своем лице одновременно и купца. Только так может быть понята социальная природа этого термина, которая выявляется в источниках, относящихся к раннему историческому периоду Руси.

Однако этот термин с самого начала обозначал и страну. Мы хотели бы обратить внимание на некоторые фрагменты из сочинения Константина Багрянородного. Автор называет две части Руси: «внутреннюю Русь» и «внешнюю Русь». Содержание документа оставляет немало вопросов, потому, вероятно, что византийский император многого не знал и допустил некоторые неточности. Так, из текста следует, что «внешнюю Русь» населяли «данники их (киевских князей,— Э. 3.) Славяне, называемые Кривитеинами и Лензанинами, и прочие Славяне». Среди прочих он также называет дреговичей, вервианов (древлян?). Интересно, что к «внешней Руси» в цитируемой работе отнесен Новгород, в котором будто бы сидел сын киевского князя Игоря Святослав. В русских летописях этот факт не отмечен. А. И. Насонов полагает, что под внешней Русью Константин Багрянородный понимал только Новгород. Думается, что он ошибался, «внутреннюю Русь» составляет область Киева.

Видимо, неслучайно источник проводит различие между Русью с центром в Киеве и внешней Русью. Можно предположить, что окончательной победы славянского этноса за пределами собственно Руси к тому времени еще не было. Эти земли могли сохранять некоторую автономию, иметь своих «князей», будучи обязанными только выплачивать дань, как это хорошо описано в летописи в истории с древлянами. Похоже, что Константин Багрянородный зафиксировал реальную историческую ситуацию, особое положение центра Руси — как колыбели восточного славянства и русской государственности — и некое своеобразие северных областей, составлявших «внешнюю Русь».

Академик М. Н. Тихомиров считал, что и варяги стали называться «русью» после того, как поселились в Киеве. Известное место из летописи, связанное с утверждением в Киеве Олега («се буди мати градом руским; беша у него (Олега,— Э. 3.) варязи, и словени, и прочи, прозвашеся Русью»), он объясняет так: «Осевшие в нем (Киеве,— Э. 3.) варяги и словени прозываются Русью потому, что они стали жить в Киеве». Из области полян название Русь распространилось на «все древнерусское государство, поскольку именно Полянский город Киев стал столицей этого государства». Подобное имело место и у других славянских народов: чехов и поляков. С таким толкованием согласен и академик Б. Д. Греков. Мнение крупнейших исследователей Древней Руси, признанных знатоков относящихся к ней источников, для нас конечно же важно.

Подводя итог сказанному, заметим, что у сторонников гипотезы варяжского происхождения названия «русь», несомненно, сильные позиции: об этом прямо свидетельствует летопись. Очень серьезны лингвистические аргументы, в частности, сходное с этим термином название шведов в финском языке. Сильно ощущение противопоставления понятий «русь» и «славяне» в арабских источниках. Вот почему идея о норманнском происхождении названия «русь» имеет много сторонников. Ее разделяли многие выдающиеся исследователи. Противники варяжской гипотезы нередко исходили из патриотических соображений. Что поделаешь, историки — живые люди. Многое не нравится из того, что происходило в прошлом, и хотелось бы, чтобы его не было. Трудно оставаться простым регистратором событий.

И все же нельзя игнорировать и приведенные выше данные о наличии ряда фактов, связанных с термином «русь», в древнейшей славянской области, где варягов никогда не было. Их нужно объяснить, потому что они не укладываются в рамки традиционной норманнской концепции.

В свете этих данных можно представить и другой сценарий событий, объясняющий появление названия «Русь». Термин «русь» утвердился как топоним в южной части начального славянского ареала, возможно, в Верхнем Подунавье в Паннонии или около нее. Не исключено, что он использовался и в качестве этнонима какой-то части проживавших в той области славян, не отменяя и первичных племенных