Игра с нулевым счетом. Том 1 - Асами Косэки

Когда аппетит был в определенной степени удовлетворен, Мацуда, по-прежнему держа тарелку в левой руке, поудобнее перехватил палочки в правой и указал ими на небо на западе.

– Если так подумать, давно я уже не видел заката. Вживую, в смысле.

Мы синхронно проследили за его взглядом.

С этим утверждением, пожалуй, мог согласиться каждый из нас: что во время сборов, что еще до них – мы днями напролет пыхтели и обливались потом в спортзале, а когда покидали его, снаружи уже темнело – а ведь на дворе стояло лето. Другими словами, наблюдать за тем, как вечернее небо плавно сменяет свой цвет, понемногу утопая в багрово-розовых оттенках, нам и впрямь давненько не приходилось.

Так мы просидели еще довольно долго, любуясь купающимся в солнечных лучах карминно-красным закатом и медленно, кусочек за кусочком, отправляя в рот последнюю порцию барбекю, пока молчание, в конце концов, не нарушило угрюмое бормотание Сакаки:

– И все-таки чего-то не хватает…

– Девушек, наверное. Все-таки любоваться таким красивым зрелищем в компании парней – не самая соблазнительная перспектива. Без обид, просто я вас и так уже устал каждый день видеть, – непринужденно ответил Мацуда.

Вот уж кто бы жаловался. Вокруг тебя девчонки и так толпами вьются, даже в одном только нашем классе. Да и проблем в общении с ними у тебя явно нет.

– А вот Тайити хорошо-о-о, – проигнорировав концовку реплики Мацуды, с ноткой печали в голосе протянул «братан». – Он-то по-любому не один раз смотрел на багровый красивущий закат за ручку с подружкой…

– Ну да, было дело. Но я отношусь к этому проще: закат – он и в Африке закат. Мне без разницы, с кем им любоваться. Что с вами, что с девушкой – все равно ж красиво.

– Вот ведь жучара! Цени то, что имеешь, слышь! – возмутился Сакаки и легонько пнул близнеца ногой.

Тот, впрочем, не стал отвечать насилием на насилие, а лишь ехидно хихикнул.

– Ай-яй-яй, мальчики, ну что же вы деретесь? – раздался вдруг мелодичный голос госпожи Утиды. – Что случилось? Неужели мяса на всех не хватило?

– А, э-э-э… Нет-нет, мы в полном порядке! – суетливо затараторил Сакаки. – Было о-о-очень вкусно, и мы уже наелись! Правда, Мидзусима?

– Да, конечно, все и правда было невероятно вкусно, – подхватил я, как можно учтивее склонив голову перед мамой Акиры.

– Вот и славно! В таком случае давайте понемногу заканчивать? Вам ведь еще ехать на фестиваль фейерверков, верно?

– Ага.

Ехать нам предстояло на приморскую станцию Йокогама Хаккэ́й. Однако то ли от накопившейся после сборов усталости, то ли от того, что в полном желудке теперь разливалась приятная тяжесть, на меня вдруг накатила жуткая сонливость. Я даже, грешным делом, подумал: «А может, ну их, эти фейерверки?»

– Тогда идите скорее, а с уборкой я управлюсь сама.

– Но…

– Ничего не знаю, бегите, отдыхайте и развлекайтесь. Вы заслужили.

И все-таки остаться в стороне мы никак не могли, – сказалась дрессировка от господина Эбихары – поэтому вопреки возражениям хозяйки отнесли посуду на кухню и прибрали мусор во дворе. Возможно, мы бы с радостью сделали даже больше, если бы в какой-то момент госпожа Утида стала едва ли не преграждать нам дорогу и с тенью праведного негодования в голосе умолять: «Ну все-все, этого уже вполне достаточно! Идите скорее, иначе больше я вас на порог не пущу!» В общем, в итоге мы вшестером оказались буквально выставлены за ворота.

Станция Йокогама Хаккэй находилась в пяти минутах езды на электричке от ближайшего к нашей школе вокзала – две остановки, и мы на месте. С другой стороны, мой дом располагался совсем в противоположной части города, поэтому возвращаться с фестиваля мне пришлось бы довольно долго. А я и так хотел спать.

И только я было собрался сказать ребятам: «Извините, но я, наверное, поеду домой», – как случилось кое-что неожиданное.

Мимо нас прошли три девушки в юкатах, а в следующее мгновение одна из них вдруг обернулась и…

– Ой, Мацуда, Мидзусима? Уже закончили клубные тренировки?

Поначалу я не признал говорящую из-за непривычного образа, однако присмотревшись понял – это была наша одноклассница Камиси́ро, дружелюбная и открытая девушка, с которой я нередко общался в кабинете на переменах. Спутниц ее по именам я не знал, но определенно где-то видел – вероятно, те тоже учились на подготовительном курсе, просто в каком-нибудь параллельном классе.

– Кхм, да, мы сегодня завершили летние сборы, а теперь в честь этого идем развеяться на фестиваль фейерверков, – произнес в ответ Мацуда обольстительным тоном.

Мы, конечно, уже привыкли, что наш донжуан был любителем покрасоваться, но в ту минуту он красовался даже сильнее обычного. Процентов на тридцать сильнее, не иначе.

– Ой, правда? Вот ведь совпадение, мы с девочками тоже как раз направляемся туда! А пойдемте все вместе?

Сакаки энергично закивал.

– Хм, ребята…и девушки, да… – Удобнее момента уже бы не представилось, поэтому я, наконец, решился признаться в своем намерении. – На самом деле я ужасно устал, так что, наверное, поеду к себе,

Стоило мне это сказать, как девушки наперебой защебетали: «Ну чего ты, не вредничай, идем с нами!», «Вместе ведь намного веселее!» – и все в этом роде, тем самым отрезая мне путь к отступлению. Дело приняло неблагоприятный для меня оборот – в таких условиях отказываться и сбегать стало до жути неловко, да и просто-напросто затруднительно.

Теперь на меня со всех сторон смотрели восемь пар глаз: женская половина – умоляюще, а мужская – с молчаливым осуждением, как бы одним взглядом повелевая не портить приятную атмосферу. Висевшая на спине сумка с ракеткой вмиг стала ощущаться в стократ тяжелее, словно к спортинвентарю кто-то под шумок подкинул увесистые гири под названием «ответственность» и «чужие ожидания». Больше всего я переживал, что после фестиваля с трудом смогу добраться до дома, вот только выбора мне уже не оставили – в итоге я приготовился к худшему и отложил свидание с мягкой кроваткой до поздней ночи.

В скором времени мы вдевятером завалились в поезд. Мацуда и Сакаки сразу же завели оживленную беседу с девчонками, Ёдзине уверенно прибился к их компании, ну а мы с Тайити и Акирой прислонились к противоположной двери.

Обычно в силу привычки в поезде я ездил стоя на носочках, однако сегодня стопы мои как никогда плотно целиком касались пола – спать хотелось настолько, что я совершенно не был уверен в своих шансах выстоять в трясущемся вагоне даже пять