Если ты никому не нужен... - Петр Искренов

— Наверное, думаешь, что я должен благодарить тебя…

— Не думаю, — сказал я, — но если хочешь…

— Не хочу, — он оскалил зубы и отвернулся, чтобы скрыть нервный тик. — Надо было предупредить меня, — добавил он более спокойным голосом. — Сказать мне, как там…

— Ты имеешь в виду тюрьму?

— Да… Я знал куда иду, а притворялся будто ничего особенного не ожидает меня.

— Все знают как там, — начал я осторожно. — Я думал, что ты тоже. Я тебе советовал говорить правду…

— Было бы лучше, если бы меня избили до смерти, — разозлился он, — только бы не делать эту глупость…

— Знаешь ведь, что бить запрещается.

— Для дураков, как я, должны это разрешить.

— Ну, хватит, — махнул я рукой, — что было, то было… Ты жив, здоров.

— И всю жизнь — по ту сторону, — разозлился Франт. — Я и прежде был там, но иногда удавалось перейти на другую, воображал себе бог знает что. И самое главное, меня пускали. А сейчас не пустили бы даже мою тень.

— Выдумываешь себе, — сказал я, прищурив глаза, передо мной стоял совсем незнакомый мне человек.

— Я знаю, — упрямился он. — Я убежден… На каждом шагу мне напоминают об этом, чтобы не забыл ненароком.

— Не обращай внимания.

— Легко сказать!

— Ну да, — вздохнул я. — Ты прав… Всегда легче сказать, чем сделать. Наверное, не берут на работу?

— Мягко сказано! — начал смеяться надо мной Франт. — Они меня выгоняют. Камнями готовы закидать…

— Преувеличиваешь!

— Нисколько! — задохнулся он. — Для них я заразный больной. Зараза — как огромный волдырь на лбу… Все ясно!

Голос его стал грустным, щеки задрожали в нервном тике: «Эка важность! Чудо невиданное, да!»

— Может, я и заслужил это, — продолжил он глухим, освобожденным от спазма голосом, — принял на себя ответственность за одну нелепую смерть. Я дурак, ты это знаешь. Но другие не хотят знать, для них я убийца. Какой-никакой, а убийца. А может, я на самом деле гадина, никчемный человек, и они должны меня гнать. Но разве я не имею права на собственный уголок, хоть в несколько метров… где-то… Всю жизнь снимать комнату. Куда ни протяни руку — чужое… Враждебное… Полное недоверие…

— Это и есть твои проблемы? — вздохнул я и уставился на носки обуви. «Люди злятся, — подумал я. — Просто так не берегут себя, а когда случится что-то плохое… На самом деле плохое…»

— Проблема… — просопел Франт, посмотрел на меня чуть ли не пренебрежительно. — Красиво сказано.

— Что ты… — смутился я. — Я хотел сказать, если только этим занимаешься сейчас…

— Только этим, — он грустно покачал головой. — Это меня доконало… Разве ты знаешь, что это такое — жить, все время снимая квартиру? И как придется…

— Не знаю, — заупрямился я, — только думаю, что могу тебе помочь.

Я заметил как вздрогнуло его лицо, снова появился тик: «Ну, ты даешь!» Кровь отлила от его лица, вся его фигура съежилась, он как будто готовился обороняться. «Что со мной происходит?» — отчаянно подумал я. — Все так сложно. Сам нуждаюсь в помощи, самому некогда».

— Многие… — Франт еле раскрыл рот, его голос утонул безнадежно в горле, напрасно он сглатывал что-то, напрасно качал головой.

— Я знаю, — кивнул я великодушно. — Тебя обманывали…

— Очень часто, — ему наконец удалось глотнуть воздуха, — аж тошно…

Я осознавал, в каком глупом положении нахожусь. Я сам нуждался в помощи, мне никто ничего не обещал, я не знал к кому обращаться и на кого надеяться, и вдруг перед Франтом начал задирать нос. Совсем без причины. Наверное, потому что он тоже находился в безвыходном положении. Или может быть, в эту минуту мне просто захотелось перед кем-то позадирать нос.

— Я понимаю тебя, — сказал я. — Ты должен взять себя в руки.

Франт смотрел на меня с усмешкой и, как мне тогда показалось, свысока, покачивался на пятках, готовый сию минуту повернуться и пойти прочь.

— Дворец я тебе не обещаю, — добавил я, — но небольшой угол. Отдельную комнату. Придумаем что-нибудь… Если надо — нарисуем.

— Хорошо, — вздохнул он и потупил взор. Сквозь его опущенные ресницы я увидел в его глазах насмешливые искорки. — Хорошо… если ты взялся за… — сказал он колеблясь, настойчиво и испытывающе глядя в мои глаза и добавил. — Ничего другого не остается, как угостить тебя.

Я задумчиво смотрел на него, спрашивая себя, что значит его взгляд.

— Идем, — он пригласил меня странно повеселевшим голосом, — или тебе неудобно?

— Что? — я был поражен.

— Ну… — Франт пожал плечами. — Ясно. С такими, как я…

— Ерунда! — прервал я его и чуть было не хлопнул его по спине. — Пойдем.

Когда мы вернулись в кафе, приятели Франта смотрели на нас отчужденно и как-то недовольно, их громкие голоса как будто утонули в тумане, слились в сплошное бормотание. Они притворялись будто не замечают нас, но украдкой наблюдали за нами.

— Что будешь пить? — живо, но как-то напряженно спросил Франт. — Виски, водку?

— Но в этом кафе… — попытался возразить я.

— Есть способ, — махнул он рукой, — смешаем в стакане с кока-колой. Ты только скажи.

— Кофе и кока-колу, — сказал я.

— Всего лишь? — тик снова передернул его лицо. — А потом скажешь, что я плохо угостил.

Я начал понимать, куда он гнет. Его друзья смолкли и, вытягивая шеи, напрягли слух…

— Много кофе и много кока-колы, — улыбнулся я ему. — Мне только это…

— Ладно, — он вызывающе склонил голову, — но если не выпьешь их…

— Ведро давай — сказал я, — до дна выпью. И еще, — остановил я его, когда он направился к бару.

— Что?

— Не надо представлять меня, — шепнул я.

Он кивнул и улыбнулся:

— Жулик! Меня не проведешь.

И пошел к бару. Он оказался достаточно догадливым, чтобы без моей подсказки начать игру. И уж не предупреждал ли он меня этой игрой о чем-то серьезном? Но думать об этом не было времени: Франт уже шел ко мне, в руках он нес ослепительный поднос, загроможденный стаканами. Когда он проходил мимо стола своих друзей, один из них как бы невзначай поставил два пальца на стол, как будто находился на собрании и думал голосовать или нет. Франт остановился, шепотом сказал что-то и они успокоились, даже, как мне показалось, повеселели, начали говорить наперебой и хотя и не смотрели на нас, я был убежден, обсуждают мое появление.

Франт поставил передо мной кофе и несколько стаканов кока-колы.

— В этих, — указал он, — нет водки.

— Ты им сказал? — тихо спросил я.

— А как же! — кивнул он. — Ты ужасный жулик. Смотри, не подведи меня…

— А они кто? — шепнул я.

— Потом скажу, — пробормотал он и крикнул: «Я тебе