Этот безумный пролог никогда не закончится. Том 1 - Notego

Ложь. Стоит только появиться новой крови, и ты убьешь меня без всякой пощады. И похоронишь в этом же саду.

– Я впервые ушел, оставив кого-то. Обещаю. В следующий раз, что бы ни случилось, я тебя не брошу.

– Да.

Некоторое время мы шли бок о бок. Я слышала, как хрустит под ногами снег.

Только после довольно долгой паузы он снова заговорил:

– Впервые вижу этот браслет.

Он смотрел на мое запястье.

– А, я сделала его в первый день, когда приехала сюда.

– Сама?

– Да.

Я подняла руку, чтобы показать ему. Герцог был настолько высок, что мне пришлось встать на цыпочки и хорошенько вытянуться, чтобы приблизить браслет к его лицу.

– Здесь герб герцогской семьи.

Повернув браслет, похожий на четки из мелких бусин, я показала ему другую сторону:

– А внизу – герб барона, в семье которого я родилась. Жемчужина из моей серьги… А остальные – камни месяца моего рождения. Я сплела их вместе.

Если быть точнее, не я, а Лиони.

– Прошу прощения, что использовала узор вашего рода без разрешения. Знаю, только члены семьи могут свободно им пользоваться.

В этом мире чем выше ранг аристократа, тем большее значение имеет герб его семьи. Поэтому тот, кто не является членом семьи, не может просто так взять даже бумагу с чужой эмблемой.

Робкая Лиони наверняка вырезала узор герцогства с твердым намерением никогда не попасться.

– Выходит, ты все знаешь, но все равно сплела его.

Похоже, увидев, как я валяюсь на его диване в кабинете, он решил, что я даже элементарным манерам не обучена.

– Потому что я вас любила.

Он остановился.

– А вы не знали? Я-то думала, вам все известно.

А сейчас уже не люблю, естественно.

Кстати, а что стало с этим браслетом после смерти Лиони?

Его похоронили вместе с ней? Или, может быть, он просто так и остался навеки лежать в том ящике? Или же его сожгли в память о ней?..

Мне стало жаль Лиони, которая, должно быть, немало настрадалась из-за этого недогадливого дурака.

Насколько ужасную боль она испытала, когда любимый человек пронзил ее мечом?

Я погрузилась в свои мысли, а он большими шагами пошел вперед. Его уши покраснели.

Ничего себе, даже герцог Севера может замерзнуть.

Я тихонько последовала за ним.

* * *

Наши отношения с герцогом никак не изменились.

Только теперь к контракту добавилось что-то вроде чрезмерной защиты. Но это неудивительно, ведь он чуть не лишился крови, источника своей силы.

– Жжется…

Я снова отдала ему кровь и теперь ощупывала свою укушенную шею. На ней оставался красноватый след.

Пока я водила пальцами по месту укуса, Деон протянул мне мокрое полотенце:

– Очень больно?

Потянув за веревку, он приказал слуге подготовить компресс, чтобы снять отек.

Вместо того чтобы вернуться к бумагам, как обычно, он прикоснулся к ране на моей шее. Совсем не так, как впивался в нее всего несколько минут назад.

– Останется шрам. Такая нежная кожа.

– После такого укуса у любого будет шрам.

Деон, который некоторое время разглядывал рану на моей шее, вдруг поднял руку. А затем выставил клыки и с силой укусил. В месте, где они впились в кожу, на руке остались красные следы.

Мне это показалось настолько абсурдным, что я спросила:

– Что вы делаете?

– Хотел проверить, насколько это больно.

Ха… Его странный поступок заставил меня недоуменно фыркнуть.

Конечно, было бы неплохо провести исследования, чтобы забирать кровь менее болезненным способом.

– Не кусайте несколько раз. Думаю, лучше всего, когда укус только один. Кажется, от этого и боли меньше.

– Вот так?

Он снова впился в свою руку, оставляя на ней рану. Поверить не могу, что герой войны, не получивший на поле битвы ни единой царапины, сейчас сам себя ранит.

Под предлогом вычисления места и угла укуса, я водила его подбородок туда-сюда. Для меня происходящее было шуткой примерно наполовину, но его лицо казалось слишком серьезным. Как будто я правда его чему-то учила.

Когда я грубоватым движением поворачивала его подбородок, он послушно следовал в этом направлении. Дразнить его было весело.

Правда, дворецкий, который с некоторым опозданием принес компресс, был настолько потрясен увиденным, что вызвал лекаря.

– Лиони, – окликнул меня Деон, когда я вытерла пятна крови и уже собиралась уходить. – Спи здесь.

– Что?

– Ты ведь устала.

Добрые слова, которых я совершенно от него не ожидала. Всего пару месяцев назад он терпеть не мог, когда кто-то спал в его постели.

– Но я и раньше уставала.

– Вот именно.

Я все равно собиралась уйти в гостевую комнату, но он уложил меня обратно и накрыл одеялом.

Его тепло, оставшееся на простынях, окутало меня вместе с его запахом, пропитавшим подушку.

* * *

Деон стал добрее. Однако это не уменьшило мое желание его беспокоить. Наоборот, теперь я надоедала ему более открыто.

Когда он надевал верхнюю одежду, чтобы отправиться патрулировать территорию, я попросила его принести мне сладости.

– По пути обратно захватите мне пирожное с кухни.

– Почему бы просто не позвать служанку?

– Мои пораженные ядом легкие еще не восстановились… Стоит мне сделать глубокий вдох, чтобы кого-то позвать, как все в груди начинает болеть.

Я притворилась, что тяжело вдыхаю, и он нахмурился.

– Позови свою личную служанку.

Однако, несмотря на эти слова, на обратном пути он зашел ко мне с тарелкой пирожных.

А еще как-то я ела аффогато, и немного мороженого упало на носок моей лакированной туфли…

– Вытрите мне туфлю, – так я сказала.

Я думала, это покажется ему унизительным и он ответит отказом, но Деон без колебаний присел, достал носовой платок с гербом герцогской семьи и вытер мою туфлю.

Это была всего лишь шутка. Его реакция меня даже смутила.

Потом я нашла где-то в углу библиотеки любовный роман и так погрузилась в чтение, что потеряла счет времени и засиделась до ночи. Роман оказался совершенно обычным, и я знала наперед всю историю, но тем интересней было читать.

[– Сарина, помнишь, что я тебе дал во время признания? Там, под старым вязом.

– Да, помню. Знак.]

Знак? Что же это было?

Я хотела найти упоминание о нем прежде, чем читать дальше, но, поскольку в романе была добрая тысяча страниц, так и не смогла отыскать, на какой странице говорилось о знаке.

Глаза все пытались закрыться.

Деон, продолжавший работать до рассвета, увидел, как я тру глаза, и сказал:

– Иди в спальню и немного поспи.