Этот безумный пролог никогда не закончится. Том 1 - Notego

Рыжеволосая девушка рухнула там же, где стояла. Она опустилась на колени, подняла руки и взмолилась:

«Прошу, не убивайте. Прошу…»

Он лишь фыркнул:

«Почему же? Есть ли у меня для этого причины?»

«Вы… Вы еще не выпили меня целиком. Я докажу свою ценность. Поэтому прошу… Прошу, помилуйте…»

«Докажешь?» – ответил он. Голос звучал холодно и сурово.

Выражение его лица ничем не отличалось от того, с каким он смотрел на барона Сиэна. Словно букашку разглядывал. Его глаза были совершенно сухими.

«На этом польза от тебя заканчивается. Какой смысл что-то доказывать? Теперь, когда родился этот ребенок, проку от тебя больше нет».

«Е-если вы оставите меня в живых, я никому и никогда не раскрою вашу тайну… К-клянусь…» Девушка продолжала отчаянно умолять. В конце каждой фразы голос жалобно срывался.

«Тц. Неужели ты правда не понимаешь? – щелкнул языком Деон. – Ты – моя слабость. То, что ты жива, уже позор».

«Но этот ребенок… Разве он еще не слишком мал? В-вы будете нуждаться во мне еще какое-то время. И-или просто наймите меня работать в замке. Пусть я неопытна и неуклюжа, но я сделаю все возможное, чтобы выполнять ваши указания. И стирку… И уборку…»

«Не хочу больше ничего слышать».

Первым, что он оборвал держащей меч рукой, оказались ее слова. Он сделал это безо всякой жалости. А затем медленно приблизился.

Девушка с рыжими волосами задрожала, глядя на лезвие, коснувшееся ее шеи. Меч сверкал, отражая лунный свет.

Это было красиво. Каждое его движение с мечом было плавным, как танец. И настолько прекрасным, что я бы влюбилась, будь это сцена из романа, а не ситуация, в которой оказалась я сама.

Деон мягко взмахнул мечом.

Ши-их.

Девушка упала на бок. Под ней тут же растеклась лужа крови.

Я быстро отступила на шаг назад, но кровь успела дойти и до моих ног.

Носки стоп намокли. Подняв ногу, я отчетливо разглядела пятна крови, отчего по всему телу пошли мурашки. Мне хотелось куда-нибудь забиться, но я уже стояла в самом углу комнаты, и бежать оказалось некуда. Удушающий страх сжал горло.

Пока я смотрела, как кровь постепенно покидает ее тело, оттуда вдруг поднялась прозрачная душа. Пошатываясь, она подошла ко мне. На месте ее глаз зияли черные дыры.

Я не заметила, как меня затрясло.

Это точно был сон, но я чувствовала жуткий холод. Изо рта вырвался белый пар.

Я продолжала дрожать, а она подошла ко мне. И прошептала:

«Бедняжка Лиони».

По ее странному лицу я не понимала, плачет она или смеется.

«В конце концов вот чем все закончилось. Как бы ты ни боролась, судьба лишь настойчивее преследовала тебя. Ты сама стала виновницей собственной трагедии. А ведь если бы ты ничего не делала, смогла бы прожить еще год. Как жаль».

Она все продолжала:

«Глупышка Лиони. Тебя ведь саму взяли в заложники, кого ты собралась защищать?»

А затем отчаянное эхо разлетелось в воздухе:

«Если хочешь жить, беги».

* * *

– Ох!

Холодное мокрое полотенце оторвалось от моего лба.

– Как вы? Так сильно вспотели.

Его держала в руке Сурен.

Мой лоб был влажным. Не знаю, из-за мокрого полотенца, которое клала на него Сурен, или из-за холодного пота от жуткого сна.

– Что вам такое приснилось, что вы так сильно вспотели, хотя всего лишь ненадолго прилегли вздремнуть днем?.. Это был кошмар?

Так это всего лишь сон. Он казался таким реальным.

Несмотря на мягкий голос Сурен, моя душа никак не могла найти покоя.

Я видела один и тот же сон уже четвертый раз.

Он повторялся и казался чуть ли не реалистичней самой реальности. Настолько, что даже после пробуждения я чувствовала, как лезвие меча касается моего горла. Я провела пальцами по шее сзади. Мне казалось, будто там должны были остаться порезы.

Один и тот же сон. Не думаю, что он обычный.

Возможно… Это предсказание.

Во сне девушка цеплялась за одежду герцога, умоляя о милосердии. Она кричала, прося его убрать меч. От этого ужасного крика волосы на моем теле вставали дыбом, хотя это был всего лишь сон.

Деон каждый раз был одет по-разному. Поэтому наряд, за который хваталась девушка, тоже менялся. В один из дней она сжимала в руках подол черного плаща, доходившего герцогу до лодыжек, а в другой – край шубы из волчьей шкуры. Однажды капли крови брызнули на белый фрак, и я почувствовала озноб, хотя это был всего лишь кошмар.

Каждый день сон понемногу менялся.

В один из дней девушка была повержена застарелым кинжалом, а в другой – длинным мечом. В этом повторяющемся сне я боролась и молила его сделать другой выбор. Однако финал оставался неизменным.

Менялось лишь направление, в котором двигалось лезвие, но короткая сцена всегда заканчивалась тем, что девушка падала от его удара.

Сон словно предвещал, что ничего не изменится, как бы я ни пыталась бороться или выбраться отсюда. Словно насмехался надо мной.

– Сурен.

Я позвала служанку. Мой голос охрип.

Она перестала выжимать мокрое полотенце и снова посмотрела на меня.

Я молча оглядела ее. Черные глаза, контрастирующие с белоснежными волосами, были ясными. В них отразилось мое покрытое потом лицо. Посмотрев в эти ясные глаза, я немного успокоилась.

– Больше не нужно.

– Но вы все еще потеете.

– Тогда принеси с улицы немного льда и положи его вместо полотенца.

Мой лоб казался липким от застоявшейся воды.

– Лед?! Леди, вы правда хотите, чтобы я положила вам на голову нечто столь грязное? Все знатные дамы предпочитают полотенца.

– Но не я. Можешь поступать так со своей новой хозяйкой.

Я произнесла эти слова, сама того не подозревая. Реальность казалась продолжением сна.

– Что? С кем?

– Просто… Ты ведь будешь кому-то служить, когда меня не станет, – пробормотала я.

К счастью, этот мир не их тех, где после смерти хозяйки вместе с ней хоронят всех ее служанок, так что Сурен сможет устроиться на хорошее место. Да и могила вырыта только одна.

– Почему вы говорите такие ужасные вещи? Я буду служить вам всю оставшуюся жизнь, – сказала Сурен, широко раскрыв глаза.

Бросив полотенце на пол, она подошла ко мне:

– Что с вами в последнее время? Вы даже не выходите на улицу. Вам ведь так хотелось сбежать, но почему вы снова поникли, как в первые дни после приезда?

Сурен опустилась на колени и посмотрела мне в глаза. А затем вгляделась в мое лицо.

– Ничего не случилось.

Я встала и подошла к креслу у окна. Хотя