Игра с нулевым счетом. Том 1 - Асами Косэки

– Нет, не знаем, – немного поразмыслив, признался за всех нас Акира.

– По мне, так у него ваще ни одной бреши нет, – согласно добавил Сакаки.

– Есть, есть… – меланхолично протянул Йококава в ответ. – Правда, только в двойках, но все-таки есть. Я. Слабое место Юсы – это я.

Железное правило в парных матчах – пробивать удары через слабое звено. Будь это тот, что играет похуже партнера или же тот, который в силу каких-либо обстоятельств вышел на корт в плохой форме – главной мишенью станет именно он. В схватках с низкоуровневыми соперниками дела, конечно, обстоят попроще, но вот если оба дабла примерно равны по силе, исход противостояния во многом будут определять три фактора: понимание своих слабостей, способность быстро осознавать конкретные уязвимости в процессе того или иного матча, а также умение, несмотря ни на что, безжалостно продавливать противника.

– Но ведь вы так слаженно и четко играете в паре… – произнес Тайити. – Мы вот за все матчи против вас даже и не думали ни разу, что сможем выиграть, если будем целиться в тебя.

Йококава в ответ на эту фразу немного смущенно улыбнулся.

За недостатком объяснений в голове никак не складывалась мозаика: как наш новый капитан может быть прямо-таки слабым местом Юсы?

Действительно, соперники из других школ опрометчиво считали его именно таковым, – бренд «Кэнто Юса» слепил глаза и одновременно отпугивал – однако мы, первогодки, столько времени вблизи наблюдавшие за играми нашего дуо асов, прекрасно видели и потому знали: Йококава умело нивелировал разницу в мастерстве с «принцем» своими упорством, стойкостью духа и терпением. Хотя, возможно, то было и банальное нежелание сдаваться, подкрепленное обычным человеческим упрямством, но ведь какая, в сущности, разница?

К тому же нельзя было забывать и про знаменитую тактику: противник целится в Йококаву, тот защищается, Юса мстит. Вроде бы идеально отлаженный механизм, высший уровень взаимопонимания и доверия… Вот и спрашивается – что еще за слабое место?

– Сразу после прошлогоднего Интерхая у меня случился перелом лодыжки. После этого я еще полтора месяца не мог участвовать не то что в соревнованиях – даже в обычных клубных тренировках. Мы тогда, считай, только-только объединились в двойку с Юсой. Смени он партнера, ничего страшного бы не случилось, да и я бы не обиделся. И тем не менее он почему-то даже и не думал искать себе другого напарника – просто стал выступать исключительно в одиночном разряде, и все.

– Что, даже на регулярных соревнованиях? И тренер был не против?

– Хах, да какие там регулярные! Он даже на Национальный турнир среди частных старших школ только сином пошел. А мне тогда было так паршиво на душе, что я буквально стал умолять господина Эбихару заставить его объединиться с кем-нибудь другим хотя бы для командных соревнований, а он в ответ только посмеялся и ответил, чтоб я дал Юсе решить все самому. А пока он решает, тренер велел мне при любом удобном случае внимательно смотреть за его игрой и, как у нас говорится, «хорошенько обдумывать увиденное», чтобы в итоге понять как минимум несколько вещей: с чего лучше начать парные тренировки, когда заживет мой перелом, что в перспективе больше всего потребуется нашему даблу, и что мы можем сделать, чтобы однажды забрать золото. Ну и самое главное – в тот день господин Эбихара чуть ли не приказал мне во что бы то ни стало найти слабое место Юсы.

И Йококава искал. Все прошлое лето, по его же словам, не пропускал ни одной тренировки, ни единого соревнования, даже присутствовал зрителем на сборах – и, отсиживаясь на скамейке и зализывая раны, во все глаза наблюдал за игрой «принца».

В конце концов, он пришел к выводу, что слабое место Юсы – не кто иной как он сам. Дело в том, что с кем бы ни объединялся его товарищ – а делал он это, кстати, вынуждено – на обыкновенных тренировках, из-за очевидной разницы в силе между ним и партнером противники быстро соображали, кто из них двоих более уязвим, и, естественно, целились во второго, ну а Юсе только и оставалось, что следовать за напарником и постоянно его прикрывать. И если на клубных тренировках это еще было терпимо – все-таки в рамках команды асу не было равных, а потому очки тот без труда набивал практически единолично, даже не доводя дело до длительных розыгрышей, – на регулярных соревнованиях, особенно в матчах со вполне умелыми даблами, это уже становилось значительной проблемой. Что ни говори, а даже у такого таланта, как Юса, были свои пределы возможностей.

– Вот тогда я и понял, как могу закрыть эту дыру в его парной игре. Мне необходимо было стать не то чтобы сильнее… Скорее, как бы выразиться, расчетливее, крепче и, можно сказать, даже мудрее, чтобы в каком-то смысле суметь его контролировать при необходимости.

Капитан продолжал рассказ: осознав свою ближайшую цель, он обратился к господину Эбихаре, а также к давнему выпускнику Фукуя́ме, что в свободное от основной работы время подрабатывал штатным тренером в нашем клубе, чтобы те помогли ему разработать индивидуальную программу тренировок – такую, которая не только помогла бы ему добиться желаемого результата, но и, ко всему прочему, не предполагала излишней нагрузки на травмированную ногу. Когда же программа была готова, он незамедлительно приступил к самостоятельным занятиям.

– Я одних только отжиманий по нескольку видов делал. Жестко, конечно, было, но а что поделать – сам же решил. А как еще чутка оправился, начал выполнять, в том числе разные упражнения на мышцы корпуса. С них я обалдел знатно – они вроде и обыкновенные были, скучные даже, но тело после них ломило кошмарно. Но зато благодаря этому у меня теперь есть вот что. – Йококава улыбнулся и, закатав рукава по самые плечи, поиграл перед нам и даже слишком внушительными для старшеклассника здоровенными бицепсами.

Ну и ну… Юса в основном качает ноги, а Йококава вон как – если захочет, пришибет одной левой.

Когда же наш новый капитан завершил свою нелегкую реабилитацию и впервые за долгое время вышел на корт, его первым противником по одиночкам оказался именно Юса.

– Честное слово, я, наверное, никогда не забуду его счастливое лицо в тот момент, когда он отбил мой первый за ту игру смэш. Я тогда, естественно, продул, но после матча он