Игра с нулевым счетом. Том 1 - Асами Косэки

21:23. В конце концов, первый гейм все-таки остался за Мацудой.

– Смотри, сейчас Мацуда наверняка постарается как можно скорее приблизить свою возможную победу. Но ты ни в коем случае не поддавайся, нельзя позволить ему перехватить инициативу, – продолжал наставлять меня Акира во время перерыва. – Твоя цель остается прежней: измотать его. Продолжай играть в размеренном темпе и как можно больше двигайся, хорошо?

Я энергично кивнул и поспешно вернулся на корт. Попрыгал на месте – убеждался, что в теле по-прежнему ощущается легкость.

Отлично, я еще полон сил.

– Соберись! – донесся из-за спины голос Сакаки.

– Давай, у тебя все шансы! – Тамура подбадривал моего соперника.

Второй гейм стартовал.

Хотя Мацуда изо всех сил старался сохранять свой обыкновенный хладнокровный вид, даже со своей половины корта я видел – он понемногу устает: его предательски выдавали обильно выступавший на лбу пот и отчаянно сильный хват ракетки, будто парень боялся случайно выпустить ту из руки.

Как и предсказывал Акира, противник с первых же подач перешел к агрессивной игре: один за другим на мою сторону прилетали яростные смэши, которые парень выполнял в прыжке, а также резкие плоские удары. Впрочем, на деле подобную тактику можно было сравнить с обоюдоострым мечом: хорошо, если с первого раза пробьешь и заработаешь очко, но вот если противник все же отразит этот удар, то рискуешь не успеть вовремя среагировать и тем самым упустишь инициативу. А это, в свою очередь, помимо всего прочего, может порядком деморализовать тебя самого.

Благодаря неоднократным тренировкам с Мацудой теперь я относительно легко предугадывал его действия, и навык этот существенно помогал мне держаться с ним на равных: да, он бил довольно сильно и быстро, но с проблемой мне удавалось более-менее справляться за счет опыта тренировочных матчей против Юсы и Йококавы. В общем, в нынешних условиях одного лишь предсказания траектории за глаза хватало, чтобы отбить большинство его ударов.

С другой стороны, Мацуда умел делать то же самое, да и, пожалуй, понимал, что я его «читаю», вот только в минуты игры эти знания едва ли ему пригождались: ослепленный стремлением победить еще до третьего гейма, он в основном сфокусировался на атаке, нервничал и заметно торопился. Я же игнорировал все его провокации, упорно продолжая придерживаться своего ритма, и поэтому забрал интервал.

Акира ограничился коротким:

– Продолжай в том же духе.

Вновь кивнув, я наспех попил воды и охладился ледяным компрессом – приготовился к дальнейшему сражению.

Вероятно, спешкой в первой половине гейма мой соперник сам вырыл себе яму – после интервала движения его стали заторможенными и непродуманными. Прекрасно отдавая себе в этом отчет, Мацуда еще больше ушел в мощные агрессивные атаки, по-видимому, рассчитывая задавить меня силой, однако и такой подход не спас его положение. С каждым новым ударом руки его слабели и уже едва ли поднимали ракетку на нужную высоту, а из-за общей усталости он иной раз не успевал вовремя вернуться на исходную позицию. И конечно, теперь он начал совершать все больше ошибок, ну а я только и рад был ими воспользоваться.

И вот так, аккомпанируя самому себе ритмичными шагами и боевыми возгласами, в конце концов я выиграл второй гейм.

21:18. Отрыв был маленьким, но меня вполне устраивал и такой результат.

Третий гейм.

На этот раз Мацуда немного сменил тактику – должно быть, в перерыве тренер помог ему каким-то дельным советом – и при любом удобном случае вставлял между обычными атаками срезки и укороченные удары, что в совокупности со стремительными смэшами было, вне всяких сомнений, весьма эффективно.

Поначалу я немного растерялся и на какое-то время даже превратился в грушу для битья, а потом вдруг понял: «Ведь и я играю точно так же. С самого начала играл так же. Почти всегда!» Стоило мне это осознать, как счет быстро сравнялся, а затем перед болельщиками развернулась схожая с первым геймом картина – размен очками начал походить на качели-балансиры.

И все-таки преимущество было на моей стороне, ведь после второго гейма, где Мацуда опрометчиво потратил слишком много сил, он неизбежно выдыхался все больше и больше, а вместе с тем и падал духом. И даже несмотря на то, что на пару-тройку минут противнику удалось взять себя в руки, уже вскоре он начал вновь допускать одну оплошность за другой. Вроде и выигрывал иной продолжительный розыгрыш, но уже следом ошибался при подаче, вроде и принимал пустяковый удар, но неожиданно отбивал его в сетку… Подобная череда промахов с его стороны и позволила мне переломить ситуацию в свою пользу. Несколько раз в ходе матча Мацуда даже откровенно пропускал мои удары – обычно так поступают, когда видят очевидный аут, однако в его случае дело было совсем в другом: товарищ попросту не успевал среагировать и не отбивал самый банальный ин. В такие моменты я каждый раз смотрел на его лицо, однако оно по-прежнему оставалось непроницаемым. Единственным, что мне удалось уловить сквозь каменную маску, была ускользающая надежда в потухших глазах.

Но даже в подобных условиях я до последнего не позволял себе расслабляться. Как минимум – мне отлично был известен весь потенциал Мацуды, а как максимум – между моими восемнадцатью очками и решающим двадцатью одним лежала старая добрая (и пугающая)система ралли-пойнт. Другими словами, даже при относительном разрыве в счете секундная неосторожность могла стоить ведущему игроку победы. А уж если противник превосходит его в технике – прямо как в моем случае, – то и подавно. Я видел такое не раз и не два, да и сталкивался с этим лично, а потому теперь ни на долю мгновения не терял бдительности.

21:17. Мацуда проиграл.

Таким образом… я завоевал первенство в индивидуальных одиночных матчах префектурного этапа. Да, всего лишь в Турнире новичков, но тем не менее я впервые стал золотым призером!

Сакаки встретил меня у скамейки и незамедлительно поздравил с победой – сдержанно, но в своем стиле: сначала по-свойски похлопал по плечу, а потом еще и шлепнул по ягодицам. Старшие товарищи же поддержали нас с Мацудой аплодисментами и одобрительными: «Отличная игра, парни!» и «Достойно сражались!»

На этом одиночки подошли к концу, и настал черед парных игр. От нашей школы в них выступали, разумеется, близнецы, а также мы с «братаном». Как и прежде, все мы выходили на корт с четким осознанием ответственности, лежащей на наших плечах, – ответственности за боевой дух на командном этапе: как непосредственно наш, так